КЛЕВЕТА И ОСКОРБЛЕНИЕ: К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИСЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

Byadmin

КЛЕВЕТА И ОСКОРБЛЕНИЕ: К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИСЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

Сборник материалов конференции «Язык и право: актуальные проблемы взаимодействия», 2012 г.

Моисеева Наталия Валерьевна,

кандидат филологических наук, доцент, факультет филологии и журналистики,
кафедра русского языка, Южный федеральный университет (г. Ростов-на-Дону, Россия)

КЛЕВЕТА И ОСКОРБЛЕНИЕ: К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ ЮРИСЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ

Многочисленные судебные иски граждан о защите чести, достоинства и деловой репутации можно рассматривать как свидетельство растущего правосознания российского общества. Сограждане взялись за освоение новой – уголовно-правовой – возможности отстаивания честного имени, требуя от правоохранительных органов возбуждать и расследовать по фактам клеветы и оскорблений уголовные дела.

Уголовное преследование возможно в тех случаях, когда автор высказывания совершает действия, попадающие по своим признакам под 129 и 130 статьи Уголовного Кодекса РФ «Клевета» и «Оскорбление». Определимся с терминами, как их трактует Уголовный Кодекс (Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации под общей редакцией Генерального прокурора РФ профессора Ю.И. Скуратова и председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. М., Изд.гр. ИНФРА М-НОРМА, 1996, с. 832).

Клевета – посягательство на честь, достоинство и репутацию гражданина.

Оскорбление – унижение чести, достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме.

Честь – общественная оценка личности, мера социальных, духовных качеств гражданина как члена общества, которая во многом зависит от самого гражданина, от его поведения, отношения к другим людям, коллективу, государству.

Достоинство – внутренняя самооценка собственных качеств, способностей, мировоззрения, своего общественного значения.

Репутация – оценка личности, ее способностей, компетентности, коммуникабельности и т.д.

Такое преступление как клевета считается оконченным тогда, когда хотя бы одному лицу в любой форме сообщены – распространены – ложные сведения. Причем касаться они должны конкретных фактов, а не представлять собой оценочные суждения (например, он слабак, недотепа и др.). Здесь необходимо сослаться на работу Арутюновой Н. Д., которая считает, что оценка – это положительная или отрицательная характеристика предмета или явления, даваемая ему на основе его определенных признаков. В любом высказывании эмоциональная оценка имеет большое стилистическое значение, так как она определяет выбор и размещение всех основных значащих элементов высказывания. Высказывание без оценки не построить [Арутюнова 1988]. Оценка социально обусловлена. Ее интерпретация зависит от норм, принятых в том или другом обществе или его части. Мировоззрение и мироощущение, социальные интересы и престижность формируют и деформируют оценки.

Кроме того, высказывание должно содержать не просто ложь, а информацию, подрывающую репутацию человека как законопослушного гражданина (он украл, присвоил, избил и др.).

Оскорбление заключается в умалении чести и достоинства в неприличной «противоречащей установленным правилам поведения, требованиям общечеловеческой морали» форме. Какой бы отрицательной оценки не заслуживал оппонент, употребление в его адрес непристойной лексики делает преступление оконченным.

Таким образом, юрислингвистическая экспертиза текста, прежде всего, исходит из того, что для оскорбления необходимы два признака: а) факт унижения чести и достоинства, б) неприличная форма такого унижения.

Установление факта унижения чести и достоинства, пожалуй, единственный признак из приведенных выше, не требующий каких-либо усилий со стороны эксперта, так как именно он обусловливает саму необходимость юрислингвистической экспертизы.

Второй признак – неприличная форма такого унижения – хотя и способен вызвать определенную дискуссию мнений, но лишь в определенных пределах, так как инвектива, т.е. словесное оскорбление, для достижения своей цели пользуется определенным языковым инвентарем, ядром которого является инвективная (отрицательная эмоционально-оценочная) лексика.

В лингвистических экспертизах по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации, как правило, ключевым звеном является детальное изучение значения и стилистической окраски слов и словосочетаний современного русского языка, содержащихся в представленных на экспертизу текстах, учитывая их возможное использование для унижения чести и достоинства другого человека, выраженных в неприличной форме.

При оскорблении в отличие от клеветнических сведений, которые должны быть заведомо ложными, правдивость и ложность распространяемых сведений значения не имеет. В практике принято выделять разряды слов литературного и разговорного языка, использование которых в отношении определенного лица (прежде всего, физического), как правило, является оскорбительным. Это следующие разряды:

  1. Слова и выражения, обозначающие антиобщественную, социально осуждаемую деятельность: мошенник, жулик, проститутка.
  2. Слова с ярко выраженной негативной оценкой, фактически составляющей их основной смысл, также обозначающие социально осуждаемую деятельность или позицию характеризуемого: расист, двурушник, предатель.
  3. Названия некоторых профессий, употребляемые в переносном значении: палач, мясник.
  4. Зоосемантические метафоры, отсылающие к названиям животных и подчеркивающие какие-либо отрицательные свойства человека: нечистоплотность или неблагодарность (свинья), глупость (осел), неповоротливость, неуклюжесть (корова) и т.п.
  5. Глаголы с осуждающим значением или прямой негативной оценкой: воровать, хапнуть.
  6. Слова, содержащие экспрессивную негативную оценку поведения человека, свойств его личности и т.п., без отношения к указанию на конкретную деятельность или позицию: негодяй, мерзавец, хам.
  7. Эвфемизмы для слов первого разряда, сохраняющие, тем не менее, их негативно-оценочный характер: женщина легкого поведения, интердевочка.
  8. Специальные негативно-оценочные каламбурные образования: коммуняки, дерьмократы.

Кроме того, оскорбительным, как правило, является использование в качестве характеристик лица нецензурных слов (мата).

Проблема оскорбительности (инвективности) языковых выражений связана с тем фактом, что инвективная функция языка является одной из его естественных функций, которая к тому же неразрывно связана с возможностью творческого использования языка (сравните роль данной лексики в художественных произведениях русских классиков, не говоря уже о творчестве тех же В.Г. Сорокина, В.О. Пелевина). Так, В. И. Жельвис выделяет 27 функций инвективной лексики [Жельвис 2001].

Инвективная лексика относится к сфере речи эмоционально повышенной, аффективной. Для такой речи исключительное значение имеют:

а) ситуация конкретного речевого акта, в котором фигурируют экспрессивно окрашенные слова и выражения или лексико-фразеологические единицы, наделяемые экспрессией под влиянием контекста эмоционально напряженной речи или аналогичной речевой ситуации;

б) интенции говорящего (пишущего). Эти интенции могут быть самыми разнообразными: от дружески-грубофамильярных до явно оскорбительных;

в) социальное положение и социальные роли адресата (или объекта инвективы) и говорящего (пишущего).

Перечисленные обстоятельства представляют главную трудность для юридической регламентации инвективного функционирования высказывания. Любое инвективное слово может быть употреблено неинвективно (А.П. Чехов ласково называл в письмах жену собакой), нейтральное же слово в определенных контекстах может оказаться оскорбительным (слово кошка, нейтральное в русском языке, но употребленное с намеком, актуализирующим устойчивый образ кошек как блудливых животных, может сильно задеть женщину).

По-видимому, самое сложное в проблеме инвективности текста — объективная оценка, с одной стороны, намерений его автора и, с другой стороны, оценка интерпретации данного текста посчитавшим себя оскорбленным субъектом. Известно, какую большую роль в квалификации поступков играет оценка их мотивов. Автор изощренного оскорбления практически всегда может уйти от ответственности, сославшись на то, что он не имел в виду оскорбления, что он не то имел в виду, что его не так поняли. К таким приемам относится, в частности, воздействие при помощи речевых импликатур.

Импликатура – это то, что подразумевается в высказывании, тот смысл, который может быть выведен из значения сказанного, если адресат подозревает, что за словами стоит нечто большее, чем буквально понимаемое, он может даже прибегнуть к такой закрепленной речевой формуле, как «что ты этим хочешь сказать?». То есть внушаемое утверждение прямо не содержится в тексте, но вытекает из содержащихся в нем утверждений как речевая импликатура. Это дает возможность автору текста при необходимости «отпереться» от имплицируемого утверждения. Оскорбленный же, как правило, имеет возможность «выбора» (что уже связано не только с областью чистой лингвистики, но и социальным статусом и психологическими аспектами его личности, а также речевой ситуацией в целом, например, сказанное наедине или в публичном месте): интерпретировать выражение либо в обидном, либо в необидном для себя смысле, поэтому обоснованность его реакций — сложнейший вопрос экспертизы.

В обеих ситуациях юрислингвистика должна опираться на разработанные структуры инвективности, которые должны стать содержательной основой лингвистических рекомендаций судебным органам и могли бы служить, с юридической точки зрения, надежным источником обоснования юрислингвистической экспертизы по статьям «Клевета» и «Оскорбление».

 

Список литературы:

1. Арутюнова Н.Д. Типы языковых значений. Оценка. Событие. Факт / Н. Д. Арутюнова. М.: Наука, 1988. – 339 с.

2. Жельвис В. И. Поле брани. М., 2001.— 349 с.

 

Аннотация: в статье рассматриваются проблемы юрислингвистической экспертизы по фактам клеветы и оскорбления, в частности, употребления инвективной лексики и нарушения коммуникативных норм, приводящих к появлению оскорбительного смысла высказывания.

Ключевые слова: эмоционально-оценочная лексика, инвективная лексика, речевые импликатуры.

Об авторе

admin administrator

6 комментариев

ВасилийPosted on  10:20 пп - Ноя 26, 2012

Уважаемая Наталия Валерьевна, здравствуйте! Спасибо за доклад, хотел бы уточнить один момент: скажите, в чем заключается постановка проблемы в статье, а точнее ее новизна. На мой взгляд, по клевете и оскорблению в ЛЭ написано настолько много, что этого не исчерпать двумя библиографическими источниками. Возможно, я не прав, конечно. В этой связи, на мой взгляд, Вы пересказали общеизвестные вещи, но тогда и статью называть как-то по-другому надо было. Например: «Оскорбление и клевета в работах В.И. Жельвиса и в книге «Защита чести, достоинства и деловой репутации….»».
С уважением, Василий

Наталия ВалерьевнаPosted on  12:06 дп - Ноя 28, 2012

Здравствуйте, Василий. В своей статье я излагала собственное осмысление проблемы объективности экспертизы в связи с использованием инвективной лексики и нарушения коммуникативных норм, приводящих к оскорблению, с чем имела дело на практике. К статье прилагается список литературы, на которую делаются ссылки в статье, а не библиография по теме. Проблема, безусловно, не нова, но привлечение внимания к вопросам «механизмов экспертизы», как, например, при строительно-технической, автотехнической и других видах экспертиз, на мой взгляд, важно. В моей практике было дело, где экспертная оценка зависела лишь от ситуации и толкования ее экспертом, а, значит, при отсутствии единых источников оценки могла искажаться в силу «точки зрения» эксперта. Важно создание таких источников и юридическое признание их силы (ведь в суде эксперту может быть задан вопрос о причинах ссылки на тот, а не на иной источник). Можно было бы порассуждать и о других фактах оскорблений и клеветы и по-другому назвать статью, но статья виделась мне такой. С уважением, Наталия Валерьевна.

ВасилийPosted on  8:41 пп - Ноя 28, 2012

Наталия Валерьевна, я благодарен Вам за ответ! Вероятно, я не совсем четко сформулировал свою мысль. Попробую еще раз.
Например, у Вас приводится классификация, но эта классификация, очевидно, не Ваша, она приводится в книге «Понятие чести, достоинства…». Ссылки нет, хотя Вы пишете, что приведен список литературы на который Вы ссылаетесь. Я думаю, что Вы сами знаете, что эта классификация из этой книги, просто, скорее, по небрежности не включили эту работу в список.
Далее. Мысль о создании специальных экспертных источников также высказывалась неоднократно, начиная с 1999 года. Я могу прислать ссылки. Но почему-то я думаю, что Вы знаете об этих работах. Если я не прав, то извините.
Мысль о намерениях инвектора и перлокутивном эффекте РА, также обсуждалась, думаю, что не в одной работе по экспертизе. Вот и встал вопрос о новизне исследования. Вы пишете, что хотели привлечь внимание, если внимание научной общественности, то, на мой взгляд, оно уже привлечено ко всем проблемам, которые обозначены в Вашей работе, соответствующими публикациями. Может, я и ошибаюсь в оценках, если так, то прошу прощения.
С уважением, Василий.

Наталия ВалерьевнаPosted on  9:57 пп - Ноя 30, 2012

Здравствуйте, Василий. Вашу мысль я поняла еще в первый раз. Во всех своих рассуждениях Вы, безусловно, правы, тут и дискутировать не нужно. Спасибо за интерес, проявленный к моей статье. С уважением, Наталия Валерьевна.

ВасилийPosted on  9:02 пп - Дек 3, 2012

Наталия Валерьевна! Вам спасибо за ответы!
С уважением Василий.

adminPosted on  7:49 пп - Дек 4, 2012

Уважаемые участники конференции и гости сайта!
Благодарим Вас за интерес, проявленный к тематике конференции.
Обсуждение докладов закрыто.
Выход сборника материалов конференции назначен на 10 декабря 2012 г.

С уважением и пожеланием творческих успехов,
Оргкомитет.

Добавить комментарий для Наталия Валерьевна Отменить ответ