РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Byadmin

РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Сборник материалов конференции «Язык и право: актуальные проблемы взаимодействия», 2015 г.

Голубова Евгения Александровна,
магистрант 1 курса ИФЖиМКК Южного федерального университета (г. Ростов-на-Дону, Россия)

Научный руководитель:
Меликян Вадим Юрьевич
,
доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой теории языка и русского языка ИФЖиМКК Южного федерального университета (г. Ростов-на-Дону, Россия)

РЕЧЕВАЯ КОММУНИКАЦИЯ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Судебная речевая коммуникация отличается своей спецификой, которая изучается в рамках нового междисциплинарного направления – юрислингвистики.

Понятие «коммуникация» включает в себя множество компонентов (контекст, речевая деятельность, различные социальные и психологические характеристики индивида и т.д.). Язык правовой коммуникации должен быть точным, ясным, надежным и простым. Речь юриста также отличается особыми маркерами (Исаков, 2000). Она должна быть максимально понятной для окружающих, для этого должны соблюдаться определенные условия: внешние (точность и чистота речи) и внутренние (знание языка и знание предмета) (Новикова, 2005).

Правовая речевая коммуникация находит отражение не только в судопроизводстве, но и в рамках проведения следственных мероприятий, исполнения судебного решения судебными приставами и так далее. Традиционно выделяют судебную, адвокатскую, нотариальную, следственную и законодательную речевую коммуникацию.

Судебная речевая коммуникация, являясь частью правовой коммуникации, ограничена правилами судебного процесса, Т.к. все заседание строится на регламентированных нормах проведения гражданского, уголовного и арбитражного судопроизводства. Она отличается от других видов правовой речевой коммуникации использованием, с одной стороны, достаточно распространённых коммуникативных стратегий, характерных и для других ситуаций, с другой стороны, эти стратегии ограничены использованием в судебном процессе, так как юрист (будь то прокурор, адвокат) может быть удален из заседания за несоблюдение норм речевого поведения в суде.

Речевая коммуникация юриста определяется сферой его функционирования в правовой системе. Существует несколько классификаций, позволяющих разграничить речевую коммуникацию по различным признакам. Например, речевая коммуникация юриста может быть классифицирована:

— по характеру связи коммуникантов;

— по положению коммуникантов в пространстве и времени;

— по установочной задаче общения;

— по количеству участников коммуникативного акта;

— с точки зрения соблюдения строгих правил поведения и употребления готового текста;

— по постоянной/переменной коммуникативной роли слушающего и говорящего (Формановская, 2002).

Следует отметить, что данная классификация не отвечает всем запросам юрислингвистики, так как она может быть применена к любой форме речевой коммуникации.

Более полной классификацией юридической речевой коммуникации является классификация Е.Ф. Усмановой, которая разделяет речевую коммуникацию в аспекте юрислингвистики следующим образом:

  1. Законодательная речевая коммуникация отличается совокупностью устных и письменных монологов/диалогов, входящих в процесс подготовки и издания проекта закона. Основным средством в данном типе речевой коммуникации является язык закона, с помощью которого выражаются нормативно-правовые предписания (Макушина, 2004).
  2. Судебная речевая коммуникация определяется как речевое общение, необходимое для рассмотрения и разрешения судебно-правовых споров в гражданском, уголовном и арбитражном судопроизводстве. Судья должен обладать не только толерантностью, тактичностью и вежливостью, но и способностью и желанием как можно тщательно разобраться со всеми обстоятельствами и аргументами сторон слушаемого дела. Несмотря на то, что суд беспристрастен, судья также должен обладать умением воздействия на участников заседания, чтобы добиться правдивых и аргументированных ответов. В данной классификации судебная речевая коммуникация также подразделяется на речевую коммуникацию в уголовном, гражданском и арбитражном процессе.
  3. Следственная речевая коммуникация. Такой тип коммуникации находит свое место при производстве следственных действий не только в суде, но и в других правоохранительных структурах. Такое общение представляет собой тесное взаимодействие говорящего и слушателя. Речь следователя является его рабочим инструментом, с помощью которого он выполняет свои непосредственные обязанности.
  4. Адвокатская речевая коммуникация находит свое отражение, соответственно в речи адвоката (защиты) в судебном заседании. Речь является главным орудием адвоката, но он должен учитывать все нюансы, возникающие в судебном заседании. Также регламент адвокатской речи прописан в п.2 ст.15 Кодекса профессиональной этики адвоката.
  5. Нотариальная речевая коммуникация. Данный тип речевой коммуникации является речевым общением при совершении нотариальных действий. Нотариус является посредником между людьми, не обладающими юридическими знаниями, и законом, он должен быть компетентным в вопросах его юрисдикции, а также уметь правильно трактовать их смысл (Усманова, 2015).

Такая классификация юридической речевой коммуникации позволяет достаточно полно описать ее типы, но все же в ней не учитываются некоторые факторы, связанные со спецификой судопроизводства.

Чтобы учесть специфику речевой коммуникации в уголовном судопроизводстве, считаем важным предложить следующую классификацию правовой речевой коммуникации, в основе которой лежит классификация Е.Ф. Усмановой:

  1. Законодательная речевая коммуникация.
  2. Нотариальная речевая коммуникация.
  3. Следственная речевая коммуникация.
  4. Судебная речевая коммуникация.

Судебная речевая коммуникация может быть разделена на уголовную и гражданскую/арбитражную. Данное разграничение носит практический характер, так как гражданский и арбитражный процессы содержат в основе некий спор и похожи по коммуникативной цели на переговоры, а уголовный процесс является организацией и осуществлением государственного противодействия преступности и в основе своей содержит некое правонарушение. Следовательно, речевая коммуникация в уголовном судопроизводстве является более агрессивной, эмоциональной и субъективной, но все же, безусловно, ограничена судебным регламентом.  В уголовной судебной речевой коммуникации мы предлагаем выделять следующие ее типы: судейская речевая коммуникация, речевая коммуникация прокурора, адвокатская речевая коммуникация и речевая коммуникация подсудимого.

Судейская речевая коммуникация находит отражение в поведении и речи судьи, который ограничен законом, который гласит, что суд независим, не отдает предпочтение каким-либо органам, лицам, участвующим в процессе сторонам по признаку их государственной, социальной, половой, расовой, национальной, языковой или политической принадлежности либо в зависимости от их происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, места рождения, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а равно и по другим не предусмотренным законом основаниям. Следовательно, речевая коммуникация судьи имеет нейтральный характер, несмотря на то, что суд по своей природе считается конфликтной ситуацией. Судья имеет одну цель – разобраться в сути спора и вынести решение, соответствующее закону государства, на основании судебного процесса. Для достижения данной цели в рамках закона судья обязан разобраться во всех обстоятельствах спора, а именно, выслушать стороны или их представителей, задать уточняющие и важные для принятия решения вопросы. Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что судебная речевая коммуникация обладает рядом взаимозависимых функций, таких, как перцептивная, информирующая и разъяснительная. Важно отметить, что эмотивная функция в судебной речевой коммуникации исключена. Данный тип правовой коммуникации отличается нейтральностью, строгим регламентом и беспристрастностью.

Говоря о речевых коммуникациях прокурора и адвоката, следует указать, что их взаимодействие строится на принципе состязательности согласно ст. 15 Уголовного процессуального кодекса РФ. Таким образом, представители сторон (адвокат/подсудимый и прокурор/государственный обвинитель) имеют две разные коммуникативные цели: обвинение и защита. Это отражается на выборе стратегий речевого поведения во время проведения судебного заседания.

Речевая коммуникация в суде по своей природе является конфликтной, так как обращение в суд уже подразумевает под собой некий спор или правонарушение (Красовская, 2008), и при рассмотрении судебной речевой коммуникации следует учитывать речевые стратегии поведения участников коммуникативного акта в конфликтной ситуации.

В уголовном судопроизводстве находят отражение коммуникативные стратегии речевого поведения, которые варьируются в зависимости от цели коммуникации и социокультурных особенностей коммуникантов. Самыми распространёнными стратегиями речевого поведения являются стратегии защиты, обвинения и эмоционального воздействия (Нефёдова, Никифорова, 2014).

Стратегия обвинения используется государственным обвинителем, реже судьей и адвокатом. Она направлена на разоблачение человека, участвующего в допросе в качестве свидетеля или обвиняемого. Такая стратегия является одной из самых агрессивных как на вербальном, так и на невербальном уровне. Особенностью обвинения является оперирование исключительно фактами и доказательствами, выставление их в нужном для допрашивающего свете (Шишкина, 2011). Речевая стратегия обвинения представляет собой совокупность вербальных и невербальных средств исследования доказательств, их представления и аргументирования при учете правовых норм для достижения непосредственной цели – добиться правдивого ответа от всех сторон судебного процесса, чтобы позволить судье досконально разобраться в сути проблемы. Таким образом, стратегия речевого поведения обвинения заключается в правильной интерпретации доказательств, представленных в судебном разбирательстве, а также в максимально выгодной подаче данного материала. Стратегия обвинения может быть реализована следующими тактиками:

— тактика дискредитации;

— тактика угрозы;

— тактика убеждения;

— тактика создания круга «своих»;

— тактика создания круга «чужих»;

— тактика внезапности;

— тактика последовательности;

— тактика пресечения лжи.

Иногда речь «обвинителя» тяготеет к деструктивности в тех случаях, когда допрашиваемый, например, дает ложные показания, не соответствующие доказательствам и уликам. Следовательно, нередко «обвинитель» использует речевые обороты, недопустимые в судебном процессе и умаляющие честь и достоинство допрашиваемого. Также речь может быть построена в соответствии с нормами, принятыми в процессуальных кодексах, но на невербальном уровне она может также деструктивно выражаться путем жестикуляции, мимики, интонации.

Речевая стратегия защиты используется стороной ответчика в судебном процессе (адвокатом/подсудимым). Она определяется совокупностью речи адвоката и других участников процесса, представляющих интересы подсудимого. Цель стратегии заключается в стремлении опровергнуть доводы обвинения или смягчить наказание или решение, направленные на подсудимого. Такая стратегия речевого поведения сочетает в себе как оправдание, так и отвод подозрений. То есть, представитель защиты не только должен аргументированно ответить на доводы обвинения, но и показать неуместность, например, приводимых доказательств в судебном заседании (Нефёдова, Никифорова, 2013). Стратегия защиты может быть реализована с помощью следующих тактик:

— тактика отрицания;

— тактика опровержения;

— тактика блокирования;

— тактика отвода подозрений;

— тактика убеждения;

— тактика самопрезентации;

— тактика последовательности.

Иногда сторона защиты может действовать по принципу «лучшая защита – нападение», но чаще всего все-таки речь направлена на смягчение или оправдание подсудимого. Нужный эффект может быть достигнут в случае, когда адвокат владеет всей информацией по делу, правильно ее интерпретирует, верно подбирает речевые единицы, которые подчеркивают его компетентность и уверенность. Подсудимый, в свою очередь, должен донести до адвоката максимально достоверную информацию, чтобы последний смог подать факты в нужном свете.

Стратегия эмоционального воздействия является крайне агрессивной на сознательном уровне, содержит в себе призыв говорящего к каким-либо чувствам слушающих, например, к чувству долга, справедливости, жалости, гнева и так далее.  Данная стратегия универсальна и наблюдается в речи всех участников судебного процесса относительно в равной мере, в ней заключается одобрение или осуждение человека как с позиции закона и права, так и с позиции общепринятых моральных ценностей. Стратегия эмоционального воздействия включает в себя ряд тактик:

— тактика угрозы;

— тактика критики действий участника процесса;

— тактика вышучивания (Шишкина, 2011);

— тактика самопрезентации;

— тактика создания «круга своих»;

— тактика создания «круга чужих»;

— тактика аналогии;

— тактика комплимента (глобальный комплимент, локальный комплимент);

— тактика апелляции;

— тактика имитированного диалога.

Такая стратегия находит свое место в речи прокурора, который пытается воздействовать на подсудимого, в речи адвоката, который с помощью данной стратегии защищает своего клиента, в речи судьи для воздействия на подсудимого и свидетелей с целью получить максимально достоверную информацию и в речи подсудимого, целью которого является доказательство его невиновности (Никифорова, 2011).

Также в судебном процессе зачастую можно проследить используемую участниками стратегию изобличения лжи. Она доминирует в речи прокурора. Данная психологически агрессивная стратегия заключается на вынуждении человека сказать правду. Допрашивающий как бы психологически, логически, нравственно «наседает» на допрашиваемого с целью выяснить правдивые факты, необходимые для судебного разбирательства (Шишкина, 2011). Стратегия изобличения лжи включает в себя ряд тактик, таких как:

— тактика ввода в заблуждение допрашиваемого;

— тактика убеждения;

— тактика использования положительных свойств допрашиваемого;

— тактика пересечения лжи;

— тактика выжидания;

— тактика допущения легенды;

— тактика внезапности;

— тактика последовательности;

— тактика снятия напряжения;

— тактика использования «слабых мест» допрашиваемого;

— тактика инерции;

— тактика отвлечения внимания;

— тактика создания хорошей осведомленности доращивающего;

— тактика создания «незаполненности»;

— тактика фиксированного темпа допроса.

Также можно выделить дополнительные стратегии речевого поведения в суде, которые находят свое место в конфликтных ситуациях. Судебная речевая коммуникация же, несомненно, относится к ряду конфликтных. Данная классификация отражает 5 стратегий речевого поведения, которые присущи человеку, находящегося в конфликтной ситуации.

  1. Стратегия соперничества (направлена на обострение конфликта);
  2. Стратегия сотрудничества (направлена на мирное решение конфликта, порой в убыток какой-либо стороне);
  3. Стратегия компромисса (направлена на частичное сглаживание конфликта путем достижения договоренности);
  4. Стратегия приспособления (направлена на разрешение конфликта путем уступки одной из сторон);
  5. Стратегия избегания (направлена на дистанцирование одной из сторон, нежелание принимать какое-либо участие в разбирательстве) (Сараева, 2010).

Таким образом, несомненно то, что участники судебной коммуникации воздействуют друг на друга, выбирая максимально эффективные стратегии, чтобы осветить в нужно свете материалы того или иного дела. Взаимодействие коммуникативных стратегий стороны защиты и обвинения крайне важны для презентации судье всех обстоятельств дела, чтобы последний, в свою очередь, смог также выстроить свою стратегию (Марина, 2012).

Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод о том, что судебная речевая коммуникация в уголовном судопроизводстве отличается регламентированностью, с одной стороны, и эмоциональностью, с другой. В ней находит отражение взаимодействие четырех ключевых коммуникантов: судьи, прокурора, адвоката и подсудимого. Судейская речевая коммуникация в норме является нейтральной, так как судья ограничен законом и своим статусом, который носит нейтральный и непредвзятый характер по отношению к сторонам обвинения и защиты. Таким образом, судейская речевая коммуникация строится в основном на использовании коммуникативных стратегий кооперативного типа.  Речевая коммуникация адвоката, подсудимого и прокурора строится на принципе состязательности сторон, следовательно, является эмоциональной, и в ней находят отражение агрессивные стратегии речевого поведения, например, защиты, обвинения, эмоционального взаимодействия, изобличения лжи и так далее. Речевая коммуникация представителей сторон различается по их цели и роли в судебном процессе: защита или обвинение. Таким образом, речевая коммуникация адвоката/подсудимого и прокурора строится в основном на использовании коммуникативных стратегий конфронтационного типа.

 

Список литературы:

  1. Исаков В.Б. Язык права // Юрислингвистика. Барнаул, 2000. Вып. 2.
  2. Красновская О.В. Судебная коммуникация: некоторые трудности взаимодействия // Юрислингвистика. Барнаул, 2010. Вып. 10.
  3. Макушина Е.Б. Правовая коммуникация как феномен права и общения // Вестник Челябинского государственного университета. Челябинск, 2004. Вып. 1.
  4. Марина Е.А. Коммуникативный аспект отношений защитника с прокурором, влияющий на выбор тактических приемов в стадии судебного разбирательства // Вестник Оренбургского государственного университета. Оренбург, 2012. Вып. 3.
  5. Нефёдова Л.А., Никифорова Э.Ш. Особенности коммуникативного поведения профессиональных участников судебной коммуникации в ситуациях потенциального коммуникативного конфликта // Вестник Челябинского государственного университета. Челябинск, 2013. Вып. 37.
  6. Никифорова Э.Ш. Конвенциональные стратегии как способ разрешения коммуникативных конфликтов в юридическом дискурсе // Вестник Нижневартовского государственного университета. Нижневартовск, 2011. Вып. 4.
  7. Новикова Т.Ю. Речь юриста // Проблемы высшего образования. Хабаровск, 2005. Вып. 1.
  8. Сараева Н.А. Судебное разбирательство как конфликтный дискурс и его стратегии // Вестник Нижневартовского государственного университета. Нижневартовск, 2010. Вып. 13.
  9. Усманова Е.Ф. Классификация речевой коммуникации в юридической практике // Гуманитарные научные исследования. М., 2015. Вып. 1.
  10. Формановская Н.И. Речевое общение: коммуникативно-прагматический подход. М., 2002.
  11. Шишкина Е.В. Коммуникативные стратегии как средство установления истины участниками диалогического единства «допрос» в русской и немецкой лингвокультурах // Вестник Волгоградского государственного университета. Волгоград, 2011. Вып. 2.

Об авторе

admin administrator