ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА КРЕОЛИЗОВАННОГО ТЕКСТА: МНОГОКОМПОНЕНТНЫЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ВИДЕОРОЛИКА

Byadmin

ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА КРЕОЛИЗОВАННОГО ТЕКСТА: МНОГОКОМПОНЕНТНЫЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ВИДЕОРОЛИКА

Сборник материалов конференции «Язык и право: актуальные проблемы взаимодействия», 2016

Бондаренко Елена Николаевна,
к. филол. наук, доцент кафедры русского языка и культуры речи Академии Государственной противопожарной службы МЧС России
(г. Москва, Россия)

 

ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА КРЕОЛИЗОВАННОГО ТЕКСТА: МНОГОКОМПОНЕНТНЫЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ВИДЕОРОЛИКА

 

Иногда лингвисту-эксперту предлагается для исследования материал, включающий в себя не только вербальную составляющую, а видеоряд. В таком случае предмет анализа выходит за рамки «семантически связной последовательности высказываний, объединённых каким-то общим содержанием» (Баранов, 2007, 390). Это происходит потому, что он является сложным семиотическим образованием (Шарифуллин, 2010, 257), построенным на основе словесной формы передачи информации и видеоряда. Кроме того, визуальный компонент структуры включает в себя ещё и текст, в котором сочетается знаковая система естественного языка и иконическая знаковая система (Сорокин, 1990, 180 – 186). Автор материала использует для актуализации внимания реципиента текст в рамке, накладываемый поверх изображения, являющегося иллюстрацией сказанного зрителю. Это обеспечивает целостность и связность материала, его «коммуникативный эффект» (Валгина, 2003, 118). Следовательно, для исследования предложен «видеовербальный текст» (Пойманова, 1997), или «креолизованный текст» (Сорокин, 1990, 180 – 186), отличительной особенностью которого выступает синкретизм форм различных знаковых систем. Отсюда и интерпретацию материала необходимо осуществлять комплексно, с учётом всех средств выражения информации и коммуникативного воздействия.

Дополнительным обоснованием многокомпонентного подхода к тексту выступает также его жанровая природа. Реципиенту предлагается не печатное воспроизведение или аудио-/видеозапись беседы нескольких лиц, а фрагмент передачи – клип. Это непродолжительное по времени произведение СМИ, представляющее собой специально смонтированную последовательность кадров и обладающее сюжетом. В жанровом отношении материал является, таким образом, видеороликом, исследование которого возможно лишь с учётом целостной природы семиотического конструкта, функционирующего в коммуникативном пространстве.

Лингвистический анализ клипа – «это прежде всего анализ семантический, т.е. содержательный» (Шарифуллин, 2010, 258). Отсюда необходимо рассматривать «контент» видеоролика, куда будут входить символика «цвета и звука в их совместном восприятии (синестезия), метафорика основных образов (вербальных и иконических)» (Там же), а также семантику жестов, которые, как и слова, могут иметь «стилистическую окраску, относиться к определённой сфере употребления» (Дмитриева и др., 2003, 3). При этом реализующийся в тексте паралингвистический фактор будет трактоваться как полноценная форма передачи информации (Ворошилова, 2013, 68), которая в некоторых случаях доминирует над вербальным планом-выражения.

Предложенный эксперту для исследования на предмет наличия или отсутствия негативной информации и формы её выражения видеоролик представляет собой сюжет с кольцевой композицией, или композицией обрамления: произведение начинается и заканчивается словами ведущей программы «Ревизорро» о ресторане «Васюки» в Мрюпинске (названия изменены в целях соблюдения требований конфиденциальности). Между двумя различными презентациями указанного заведения (в начале перед зданием ресторана ведущая говорит о нём положительно, в финале фрагмента передачи высказывает отрицательное мнение) отражаются события, которые и являются основным содержанием текста: Елена Летучая проводит в ресторане журналистское расследование, имеющее целью выявить соответствие сервиса в заведении необходимым стандартам. Во время осуществления своей профессиональной деятельности она вступает в диалог со зрителем и другими участниками сюжета, демонстрируя вербально или невербально примеры хранения продуктов, соблюдение норм санитарной гигиены и т.п., являющиеся показателем удовлетворительности / неудовлетворительности оказания услуг населению.

Так, Елена Летучая произносит фразу «Заветренные креветки» (2:55-2:57), показывая креветки, которые хранятся в холодильнике в таре без крышки. Слово «заветренные» характеризует состояние продукта, его внешний вид. Значение номинации восстанавливается из контекста и при сопоставлении с языковыми единицами, представленными в «Национальном корпусе русского языка»:

  • «А в угол поставили брюхатого Фадея с рожей бурой, как заветренный окорок, в наказание: Булгарин написал, будто в Санкт-Петербурге бывает плохая погода быть не может там, где изволит жить государь император, солнце России» [Юрий Давыдов. Синие тюльпаны (1988-1989)];
  • «Утром она взяла у хозяев кипятку, чай насыпала прямо в стакан, нашли в столе кусок булки, довольно чёрствый, кусок сыра весьма заветренный, тем и позавтракали» [Анатолий Рыбаков. Тяжёлый песок (1975-1977)];
  • «В тот первый раз, когда мы с Геллой, он, большой, седой, грузный, пузатый, заветренный, среброзубый, называл её «дочкой» и окружал отеческой заботой, а я твёрдо сказал себе, что это эротоман» [Ю.М. Нагибин. Дневник (1963)].

Практика словоупотребления отражает интерпретацию речевой единицы носителями языка как стилистически немаркированную (не относится к высокому и низкому стилю), обладающую нейтральной коннотативностью. Данный вывод проистекает из дефиниции понятия «заветренный», которое определяется как засохший, утративший влагу, затвердевший под воздействием времени и воздуха.

Присутствие слова исключительно в художественном дискурсе свидетельствует о его принадлежности разговорному стилю речи. Это свидетельствует о том, что ведущая позиционирует своё общение со зрителем как неформальное: адресант делится с реципиентом информацией по бытовому вопросу. Следовательно, официальной (деловой) и научной точек зрения на проблему в высказываниях не представлено, что придаёт диалогу эмоциональное звучание в плане-содержания и склонность к оценочной форме суждения в плане-выражения. Данная тенденция прослеживается во всём сюжете видеофрагмента передачи.

Печатный (слово «текстовый» из поставленного вопроса заменено на слово «печатный», так как отражает суть феномена креолизованного текста, комментарий не является сугубо текстовым, так как содержит невербальные элементы, и весь этот комплекс уже называется текст) комментарий «Нарушение товарного соседства» (3:00-3:01) дополняет сказанное и продемонстрированное Еленой Летучей. Он представляет собой изображение, включающее фотоэлемент, вербальный компонент и рамку неправильной формы, назначение которой выделить обсуждаемую реалию окружающей действительности (в данном случае внимание актуализировано на хранящихся рядом в холодильнике томатах и неупакованных креветках). Большое значение в интерпретации текста комментария приобретает символика цвета. Обрамление фотоэлемента окрашено в красный тон, а вербальный компонент – в жёлтый. Такое сочетание встречается в свете светофора, где обозначает сигналы, связанные с опасностью, запретом, предупреждением и повышенным вниманием (Обухов). Все элементы комментария, кроме вербального компонента, являются неизменными для подобной формы передачи информации в видеоролике, поэтому далее будут анализироваться лишь словесные конструкты данных изображений. При этом учитывается, что символика цвета и реалистичный характер иллюстрации, призванный передать объективную картину действительности (речевой ситуации), наделяют дополнительными смысловыми оттенками вербальную часть комментария.

Так, фраза «Нарушение товарного соседства» означает несоблюдение правил хранения продуктов, что представляется в рамках изображения категорически недопустимым. Подобная семантика сообщения складывается из всех элементов комментария (как вербальных, так и невербальных). Конкретизации смысла способствует понимание слова «нарушение» («не соблюсти, преступить» (Словарь русского языка)) и коллокации «товарное соседство» (расположение товаров «в непосредственной близости, рядом» (Русский семантически словарь) друг с другом). Фраза обладает отрицательной коннотативностью и является утверждением о факте, поскольку квалифицируется как сообщение, построенное в рамках объективной модальности и не содержащее лексических маркеров выражения мнения, вероятности, предположения и т.п. Последнее в целом относится ко всем комментариям в ролике, поэтому их статус далее обозначаться не будет.

Сообщение «Валяется авокадо. Здесь холодильник грязный. Вот это, я так полагаю, плов (Печатный комментарий «Грязь»)» (3615-3:17) состоит из утверждения о факте с невербальной демонстрацией реалий действительности («Валяется авокадо. Здесь холодильник грязный», словесный элемент иллюстрации «Грязь») и предположения («Вот это, я так полагаю плов» – высказывание содержит вводную часть с семантикой вероятности, сомнения, субъективной оценки «я так полагаю» (Розенталь, 2006)). Смысловой доминантой в речевом отрывке является лексема «грязь», поскольку она выступает его семантической квинтэссенцией. В специальных изданиях слово наделяется следующими дефинициями: «Нечистота, пыль, сор. – Пыли-то, грязи-то, боже мой! Вон. Вон, погляди-ка, в углах-то.  И. Гончаров, Обломов» (Словарь русского языка); «Загрязнённость, нечистое состояние какого-нибудь места, помещения, жилья. Жить в грязи. В подъезде грязь. Грязи-то в кухне!» (Русский семантический словарь); «Нечистота, неряшливость, неопрятность. В комнате грязь» (Ожегов, Шведова); «Пыль, мусор, нечистоты и т.п.; отсутствие чистоты, гигиены. Постоянная, вечная. Жуткая грязь у кого-либо» (Большой толковый словарь русского языка); «То, что пачкает, нарушает чистоту, нежелательная примесь, вещество не на должном месте ♦ В комнате грязь» (Русский викисловарь). Такие значения обладают отрицательной коннотативностью, следовательно, лексема выражает негативную информацию о ресторане «Васюки».

Далее сюжет видеоролика становится более динамичным. У ведущей программы появляются «противники» (люди, которые производят различные действия с целью прекращения процесса съёмки). В их адрес направлены слова «Я все, вы мне сейчас руку сломаете. Вы сейчас сломаете мне руку» (3:46-3:50). Высказывание построено в рамках ирреальной модальности, действие мыслится как возможно реализуемое в будущем, то есть потенциальное. Отсюда фразы отражают процесс рассуждения: адресант не утверждает, а предполагает, просит сотрудников ресторана вести себя иначе, причём оценивает будущее в негативном ключе, о чём свидетельствует лексический маркер «сломаете» («калечить, увечить» (Словарь русского языка)), обладающий отрицательной коннотативностью.

В форме умозаключения построено и следующее высказывание: «Вытяжка. Вот эта вся грязь падает на продукты, которые вам готовят в этом ресторане (Печатный комментарий «Грязь»)» (4:24-4:30). Доказательством тому выступает употребление транспозиционной формы времени глагола «падает». Переносный характер категории настоящего времени сообщает речевая ситуация: перед произнесением высказывания Елена Летучая проводит рукой в перчатке по поверхности вытяжки, и оттуда падают куски налипших нечистот. Так как под вентиляционным люком отсутствуют какие-либо блюда, то действие модально окрашивается при описании в оттенок «будущего», то есть мыслимого «ирреально», «гипотетически» (Бондарко, 1971, 170). При этом адресант «рисует картину будущих действий, которые предстают как протекающие перед его глазами» (Русская грамматика). Следовательно, контекст указывает на будущее, что подтверждается и разговорной стилистикой беседы, призванной придать рассказу большую «живость и изобразительность» (Бондарко, 1971, 144). Употребление переносной формы настоящего времени («настоящее время воображаемого действия» (Русская грамматика)) позволяет квалифицировать фразу как мнение ведущей передачи. Печатный комментарий «Грязь» также описывает реалии действительности (здесь и далее лексическое значение слова «Грязь» приводиться не будет, подробнее о речевой единице см. ранее).

Высказывание «Кусок чего-то. Ой! Мясо (Печатный комментарий «Объедки»)» (4:40-4:45) сопровождает действия Елены Летучей по рассмотрению мусора, лежащего на полу, когда она достаёт оттуда кусок мяса. Вербальный компонент комментария «объедки» придаёт сообщению негативный характер, что подтверждается дефиницией указанной лексемы: «Остатки от еды, недоеденные куски. Через несколько минут он [лакей] возвратился, неся в руках поднос с пустым графином и объедками пирога. Писемский, Виновата ли она?» (Словарь русского языка).

Отрицательной коннотативностью отличается и мыслящееся в рамках реальной модальности утверждение о факте, содержащееся в призыве: «Давайте же снимем, какая же здесь грязь падает» (5:00-5:05) [курсив мой]. Сообщение сопровождается жестом протирания поверхности ведущей, что отражает эмоциональное состояние «осуждения» (Дмитриева, 3002, 298).

Следующее высказывание «Вы меня оглушите сейчас» (5:30-5631) построено с помощью глагола в форме будущего времени, поэтому не может квалифицироваться как утверждение о факте. Его отрицательная коннотативность проистекает из лексемы «оглушите» («сильными звуками, шумом лишить на время ясности слуха, способности слышать» (Словарь русского языка)), являющейся формой просьбы к сотрудникам ресторана.

Реплики диалога «–Мне нравится, как за кухню отвечает ни шеф-повар, ни су-шеф, ни администратор, а начальник охраны. / – Да, конечно. Это правильно. / – Ой, что-то у вас сломано… здесь что ли всё? Сломано у вас здесь?» (5:36-5:44) содержат в себе авторскую оценку происходящего, выраженную с помощью речевого приёма иронии (лексический маркер «мне нравится» и употребление слов в переносном значении «да», «конечно», «правильно») и абсурда (ведущая описывает в положительном ключе курьёзную ситуацию, где отражается отсутствие логики в поведении действующих лиц). Кроме того, вторая часть речевого фрагмента содержит вопросы, о чём свидетельствует паралингвистический фактор – вопросительная интонация адресанта (ИК-2: уровень тона постцентра в предложении ниже центра, вопрос выражается с помощью слова «что-то [что (ли)]» (Русский язык, 1979, 96).

Сообщение «[Я провожу съёмку] на основании редакционного задания моего канала и закона о средствах массовой информации. Вот эти люди мешают производить съёмку, нарушая 144 статью УК РФ» (6:20-6:35) продолжает тему некорректного поведения сотрудников ресторана по отношению к ведущей программы «Ревизорро». Адресант констатирует факт воспрепятствования её деятельности неправомерным путём. Об этом свидетельствуют лексема «мешают» («своими поступками, действиями не давать делать что-нибудь, служить помехой» (Русский семантический словарь)) и упоминание о нарушении указанными лицами статьи 144 УК РФ. Видеоряд фрагмента отражает действия начальника службы безопасности ресторана и других лиц по созданию помех в осуществлении Еленой Летучей её профессиональной деятельности.

Фраза «Как хранятся грибы, прямо на курице, на жареной, то есть эту курицу подадут гостям (Печатный комментарий «Нарушение товарного соседства»)» (7:43-7:50) включает в себя одновременно утверждение о факте (констатация хранения продуктов в недопустимом расположении их по отношению друг к другу, о вербальном компоненте комментария – см. ранее) и предположение о подаче блюда к столу, о чём свидетельствует будущая форма времени глагола «подадут»» (о комментарии «Нарушение товарного соседства» см. ранее).

Печатный комментарий «Незаконное применение силы» (8:12) сопровождает видеоряд, где отображается поведение присутствующих в ресторане «Васюки» людей. Они толкают ведущую, вытесняют её, отстраняют от шкафа. Использование в комментарии номинаций, обозначающих неправомерные действия, связанные с «физическим насилием», «давлением» (Большой толковый словарь), позволяет определить речевую ситуацию конкретно, отнести её к развивающейся в юридическом дискурсе и подчеркнуть негативную семантику описываемых событий.

Эту семантику отражают и реплики «Вы что здесь делаете? Вы что, охренели что ли? Вы что творите» (8:18-8:21). Они выражены в форме вопроса, о чём свидетельствует интонационный анализ (ИК-2) и наличие лексического маркера «что». Негативную оценку высказываниям придают слова «охренели» и «творите», которые в специальных изданиях обладают следующими дефинициями:

  • «охренеть» – «эвф. то же, что ох..еть [вести себя как сумасшедший, обнаглеть] ♦ Ты что? Совсем охренел!? Прекрати сию же минуту! И. Бродский, «Мрамор», 1982г.» (Русский викисловарь);
  • «творить» – «то же, что вытворять (разг.). Что ты только творишь?<…> Такое натворил, чего от него никто не ожидал» (Русский семантический словарь).

Таким образом, ведущая выражает удивление и возмущение относительно действий персонажей видеоролика.

Далее следует диалог, направленный на оптимизацию речевой ситуации, её развитие в конструктивном ключе: «– Сейчас перестаньте кричать на меня. Сейчас эти люди нарушают 11 статью 144 УК РФ. Вы сейчас мешаете нашему профессиональному журналистскому расследованию. / – Профессиональной деятельности вы сейчас мешаете» (9:01-9:15). Елена Летучая выражает просьбу о создании рабочей обстановки и описывает происходящие события. Её точку зрения поддерживает и адресант, которому принадлежит голос за кадром (подробнее о семантике высказываний см. анализ фразы «На основании редакционного задания <…>» – в смысловом отношении сообщения являются синонимичными).

Сюжетная линия в помещении кухни завершается вопросом: «Почему в таком случае у вас в таком жутком состоянии находятся продукты, холодильники, плиты и всё, что находится на вашей кухне?» (9:37-9:44). Семантика вопросительности отражается с помощью лексемы «почему» и характерной интонации (ИК-2), негативную окрашенность предложению придаёт слово «жуткий», обладающее следующими дефинициями: «Чрезвычайный, крайний по силе, степени проявления. Жуткий мороз» (Словарь русского языка); «Очень плохой. Ужасный (разг.) Жуткая погода. Жуткое самочувствие» (Ожегов, Шведова); «очень плохой, отвратительный ♦ Жуткая погода на дворе» (Русский викисловарь). Отсюда состояние помещения кухни оценивается Еленой Летучей отрицательно.

Далее действие видеоролика разворачивается в других помещениях ресторана (в зале и в туалете). В целом выделенные высказывания тематически соотносятся с описанным ранее мотивом «грязь», только семантика доминантного слова расширяется за счёт невербальных компонентов текста:

  • «Я вижу, что-полы-то и не очень чистые здесь (Печатный комментарий «Грязь») – мнение, лексическим маркером которого выступают слова «я вижу», подкрепляется изображением пятна на полу;
  • «Грязно (Печатный комментарий «Грязь»)» (10:34-10:44) – ведущая демонстрирует испачканную перчатку после того, как она провела рукой по панели на стене, таким образом, нечистота интерпретируется как признак, свойственный всему хронотопу;
  • «Здесь чего только нет: и волосы, и остатки еды (Печатный комментарий «Мусор») (10:58) – ведущая жестами указывает на сор, лежащий под столом, семантика понятия «грязь» расширяется до семантики понятия «отбросы», «отходы», «хлам»;
  • «Зал жутко грязный. Конечно же, минус» (11:05) – оценочное суждение, лексическим маркером которого является слово «жуткий», наделяет доминанту семантического поля «нечистота» смысловыми компонентами «чрезмерности», явление определяется ведущей с позиций отрицательной коннотативности;
  • «Очень неприятный запах. Смотри, какая здесь грязь» (Печатный комментарий «Грязь») (11:13-11:16) – первое высказывание выступает как оценочное суждение, лексическим маркером которого является слово «неприятный», отражающее субъективизм адресанта. Второе высказывание иллюстрирует наличие налипшей грязи вокруг датчика смыва у писсуара;
  • «Здесь грязь. Ой! Здесь очень грязно (Печатный комментарий «Грязь») (11:39-11:46) – внимание зрителей актуализируется на фотоэлементе комментария, отражающем подтёки грязи на смывном бочке;
  • «Полы грязные (Печатный комментарий «Грязь») (11:50-11:53) – высказывание сопровождается жестами протирания пола и демонстрацией грязной перчатки.

Дальнейшее описание событий Еленой Летучей касается иной проблематики. Ведущая нейтрально передаёт информацию о температуре воды: «Из горячего крана течёт холодная вода» (12:04-12:06). Признаком нейтральности выступает в данном случае не только отсутствие лексических маркеров с положительной или отрицательной коннотативностью, но и наличие в речевой ситуации графического знака плюс, который появляется на экране в случае позитивной оценки реалий действительности (в эпизоде подобного знака нет, но отсутствует также и знак минус или его словесный эквивалент). Затем Елена Летучая высказывает побуждение и обозначает своё отрицательное восприятие действительности: «Всё, бежим отсюда. Здесь жуткая вонь» (12:11-12:13) – говорит она. Оценочный характер суждению придают лексемы «жуткая» и «вонь» («сильный отвратительный запах, зловоние» (Большой толковый словарь)).

Сюжетная линия в помещении зала ресторана завершается вопросом ведущей программы к администратору заведения: «В таком случае вы его сейчас намеренно нарушаете, не обслуживая меня?» (13:52-13:54). Форма выражения информации подкрепляется паралингвистическим фактором: адресант использует ИК-3 («уровень тона постцентра ниже центра» (Русский язык, 1979, 97)), признаком которой является наличие в предложении слова «(в) таком».

Финалом видеоролика становится резюме Елены Летучей: «Свинарник на кухне. Грязь в зале» (14:40-14:42). Первое предложение вносит в семантику всего текста субъективную оценку говорящим состояния кухонного помещения. Об этом свидетельствует употребление слова свинарник в переносном значении: «Разг., неодобр. О грязном, неопрятном помещении» (Словарь русского языка); «Перен., разг. Грязное, неопрятное помещение; также беспорядок; грязь» (Русский викисловарь). Следовательно, в метафорической форме автор возвращается к теме «грязи», обозначенной в нескольких хронотопах развития событий. Второе предложение также выступает в виде вывода ко всему сказанному ранее. Однако за счёт образности лексемы «свинарник» первая фраза относится к оценочным суждениям, а вторая – к утверждениям о фактах.

Всё это свидетельствует о наличии в выделенных фразах негативной информации о ресторане. Она выражена в различной форме: утверждения о фактах, мнения, оценочного суждения, предположения, вопроса или просьбы.

 

Список литературы:

  1. Баранов, А.Н. Лингвистическая экспертиза текста: теория и практика: Учебное пособие [Текст]/ А.Н. Баранов. М.: Издательство «Флинта: Наука», 2007. 592 с.
  2. Большой толковый словарь русского языка [Электронный ресурс]/ Большой толковый словарь русского языка. Под ред. С.А. Кузнецова. URL: http://www.gramota.ru/slovari/info/bts/ (дата обращения – 20 сентября 2016)
  3. Бондарко, А.В. Вид и время русского глагола (значение и употребление [Текст]/ А.В. Бондарко. М.: Издательство «Просвещение», 1971. 239с.
  4. Валгина, Н.С. Теория текста [Текст]/ Н.С. Валгина. М.: Издательство «Логос», 2003. 280с.
  5. Ворошилова, М.Б. Политический креолизованный текст: ключи к прочтению [Текст]/ М.Б. Ворошилова. Екатеринбург: Уральский государственный педагогический университет, 2013. 194с.
  6. Дмитриева, Л.И., Клокова, Л.Н., Павлова, В.В. Словарь языка жестов: Более 1300 словарных статей. М.: Издательство «АСТ»: «Астрель»: «Русские словари»: «Ермак», 2003. 320с.
  7. Национальный корпус русского языка [Электронный ресурс]/ Национальный корпус русского языка.URL: http://ruscorpora.ru (дата обращения – 20 сентября 2016)
  8. Обухов, Я.Л. Символика цвета [Электронный ресурс]/ Я.Л. Обухов/ URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Psihol/Obuh_Sim/index.php (дата обращения — 20 сентября 2016)
  9. Ожегов, С.И, Шведова, Н.Ю. Толковый словарь русского языка [Текст]/ С.И. Ожегов и Н.Ю. Шведова. М.: Издательство «Азбуковник», 2008. 944с. Доступ из словарно-справочной системы «СЛОВАРИ.РУ»
  10. Пойманова, О.В. Семантическое пространство видеовербального текста [Текст]/ О.В. Пойманова: диссертация на соискание учёной степени кандидата филологических наук. М., 1997. 237с.
  11. Розенталь, Д.Э. Справочник по русскому языку. Орфография и пунктуация [Текст]/ Д.Э. Розенталь. М.: ООО «Издательство Оникс» – ООО «Издательство «Мир и Образование», 2006. 368с.
  12. Русский викисловарь [Электронный ресурс]/ Русский…URL: http://ru.wiktionary.org/wiki/ (дата обращения – 20 сентября 2016)
  13. Русская грамматика [Электронный ресурс]/ Русская… URL: http://rusgram.narod.ru (дата обращения – 20 сентября 2016)
  14. Русский семантический словарь. Толковый словарь, систематизированный по классам слов и значений [Электронный ресурс]/ Под общей ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1998. Доступ из словарно-справочной системы «СЛОВАРИ.РУ»
  15. Русский язык. Энциклопедия [Текст]/ Русский… // Гл. ред. Ф.П. Филин. М.: Издательство «Советская энциклопедия», 1979. 432с.
  16. Словарь русского языка [Текст]/ Словарь… В 4-х т. /АН СССР, Ин-т рус. яз.; Под ред. А.П. Евгеньевой. М.: Издательство «Русский язык», 1981 – 1984. Доступ из словарно-справочной системы «СЛОВАРИ.РУ»
  17. Сорокин, Ю.А., Тарасов, Е.Ф. Креолизованные тексты и их коммуникативная функция [Текст]/ Ю.А. Сорокин, Е.Ф. Тарасова // Оптимизация речевого воздействия. М.: Издательство «Высшая школа», 1990. С. 180-186
  18. Шарифуллин, С.Б. Семантический анализ вербально-иконических текстов (на материале музыкальных клипов) [Текст]/ С.Б. Шарифуллин // Вестник Красноярского государственного педагогического университета им. В.П. Астафьева. 2010, №2. С. 257-261

 

 

Об авторе

admin administrator